Hetalia: Through the Eternity

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hetalia: Through the Eternity » Дела давно минувших дней » Белый дым кружится над головой...


Белый дым кружится над головой...

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Время: 1841 год, середина мая. В Китае пасмурно, серые тучи висят над Пекином.

Место: Китай, Пекин, дом Яо.

Суть: Китай уже как год завоевал обычный белый порошок. Непобедимая Срединная империя пала перед империей Великобритании, сдалась на милость торговцами опиумом.
Китай, как слуга приезжающего к нему Англии, в награду получает мешочек пьянящего опиума, к которому он пристрастился за последний год. И вот, уединившись в своей доме, он снова зажигает лампаду, дабы вдохнуть полной грудью сладковатый опиумный дым.
И все хорошо, и его снова уносит в собственные воспоминания, да вот только Россия, встревоженный долгим молчанием со стороны Китая, а так же прослышавший о каких-то аферах Англии, решил внезапно наведаться к старому другу. Неужели он позволит другу так быстро сломаться?..

Игроки: Россия (20 лет), Китай (23 года)

Игру начинает: Китай

Цели: Китай.
Спокойно насладится минутой покоя и новой порцией наркотика. Ты понимаешь, что это плохо, что надо бороться, но ничего не можешь с собой поделать. Стараться как можно быстрее выпроводить Россию, чтобы не мешал наслаждаться. однако, ему опиум не предлагать
Услышав предложение о помощи, отказаться, пообещав, что вскоре сам решишь все. В глубине души понимаешь, что это будет не скоро.

Россия.
Увидев друга в невменяемом состоянии в комнате, погруженной в странный белый дым, постараться как можно быстрее вернуть его "к жизни". Интересоваться, что же случилось, почему он так долго не приезжает к ним и не выходит из дома. Предложить свою помощь, но, получив отказ, все-таки уйти.

Применение оружия: оружие отсутствует.

Очередность постов: строгая.

Рекомендации: забить на обоснуй Почитать про Первую и дальнейшие Опиумные войны в Китае.

0

2

Сегодня был трудный день. У Китая болела спина, ведь быть слугой, как оказывается, весьма не просто.
Англия гонял его туда-сюда полдня. То подушку ему принеси, то окно закрой, то окно открой, то обед приготовь, то вина принеси. А ведь все продукты Ван покупал на свои деньги, а еда в последнее время стала дорожать. А Англия еще и вечно издевается, притаскивает своих дружков и пьет с ними. В общем, день и правда был трудным.
Но оно того стоило. Яо спешил домой, немного сгорбившись из-за боли в спине, и часто прикладывая руки к груди. Ведь там, за пазухой, было самое настоящее сокровище. Сокровище, которое означало его смерть, но тем не менее такое же притягательное и манящее. Опиум.
Год назад английские корабли с этим белым порошком приплыли в порт. Торговля началась быстро, стала на широкую ногу, не смотря на запрет императора. Ван и не заметил, как половина людей стала наркоманами. Они отдавали ради опиума все - свою одежд, последние деньги, продукты. И сам Яо после очередного трудного дня в прислугах Англии, сгорбившись, протягивал чуть дрожащую руку, чтобы на неё небрежно уронили мешочек драгоценной белой смерти.
- Начнется дождь, ару...- мелькнуло в голове у китайца, а потом сразу пропало. Дождь, ну и что. Ничего важного, ничего такого, что могло бы его отвлечь от времяпровождении в своем доме.
Каждый день Англия давал ему опиум, одно и то же количество. Но только если Яо слушался. Но вчера Китай, не выдержав слишком ехидного "господина", огрел его миской по голове. Миска разбилась, англичанин решил на некоторое время устроить себе отдых. Когда Керкленд очухался, то, потрогав внушительную шишку на затылке, выгнал Вана ни с чем.
Поэтому сегодня желание как можно быстрее ощутить сладковатый запах опиума было сильнее. Тучи сгущались над Пекином, но виноват в этом был отнюдь не климат.
Дома, как всегда, было пусто. Яо торопливо стянул обувь, сбрасывая с плеч легкую верхнюю одежду. Сняв одежду и сжимая тряпичный мешок, он побежал к заветной комнатушке. Мимо дорогих и красивых ваз (коих осталось весьма мало - англичане забирали все драгоценности), мимо сухих растений в вазах, мимо картин на стене. Картины изображали природу, в основном. Но были на них и люди. Его император, вместе с Китаем - оба в дорогих одеждах и с самыми умными лицами. И другая картинка. На ней изображен тот же Китай - веселый, улыбчивый, в повседневной одежде и с привычной косичкой - и Россия. На рисунке ему не так много и лет, но он уже перерос Вана на пару десятков сантиметров. Впрочем, может это китаец медленно рос. А ведь Китай так долго не навещал своих друзей - взять хотя бы Ивана, или же Кику. Как он там, интересно?..
Но опиум стер всю его прежнюю жизнь. Теперь главной целью стал наркотик, а так же жгучее, ядовитое желание выбраться из его плена. Встать с колен, дать отпор Британии. Но он не мог, каждый раз сдаваясь.
Комнатка была небольшой, в ней не было окон. На стенах висел красный, желтый, синий и зеленый шелк, расписанный цветами и узорами. На полу были ковры. В центре комнаты стоял маленький столик, а на нем - лампадка. Тут каждый день Китай уносился сознанием в лучшие места, диктуемые им наркотиком. Вокруг лампадки было немного просыпанного порошка - у Яо тряслись руки.
Вдохнув душный, уже пропитавшийся легким отголоском опиумного дыма, воздух, Китай сел на пол. Это не то, нужно больше. Нужно чтобы дым парил в воздухе, скручиваясь спиралью и, будто змей, подбираясь ближе. Ван открыл мешочек, высыпав порошок на горящие угли. Сегодня руки тряслись сильнее, но он умудрился ничего не просыпать.
- Я отдохну... Все будет хорошо... А потом я обязательно прогоню этого чертового Англию, ару... Но сейчас все хорошо... Ахэн*...- глубоко вдохнул китаец беловатый пока дым, прикрывая глаза и блаженно улыбаясь. Голова снова становилась божественно легкой, все мысли исчезли, оставив лишь негу во всем теле и ощущение покоя. Медленно стали всплывать призраки прошлого, хорошего и славного прошлого. Они кружили вокруг Вана, обещали ему радость и счастье, лишь бы опиум не закончился, как всегда, в самый не подходящий момент.

* Опиум (кит.)

+1

3

Быстрым шагом, не замечая прохожих, Иван шел по улицам Пекина. Он всего несколько часов назад разговаривал с Франциском, которые не погрешил упомянуть свежие вести о Яо. Эти новости совсем не обрадовали Брагинского. Он-то думал, что ничего плохого не случиться с его другом, который обеспечивал всю Европу шелком, чаем и фарфором. Но нет, хитрый Артур придумал, как соблазнить Цинскую империю, у которого, казалось, есть все. Россия помнил, как однажды во время его беседы с Ваном в комнату влетел Артур. Тот начал распинаться по поводу и без него. Все ему не нравилось: почему Китай скупает товары лишь у Ивана и у братьев Варгас? Романо, который тоже был тогда с ними, хотел было что-то сказать, но Англия был неумолим. Не нравится ему, что так мало портов открыто для торговли. Иван ответил, что у всех такие же ограничения. Топнув ногой, Керкленд сообщил, что чье-то медвежье лицо он здесь видеть не хотел бы. У него-то на руках Кяхтинский договор, и говорить про одинаковые условия Брагинский не имеет право. Вопрос решился сам собой, а точнее Великобритания был выставлен за дверь. Не хочешь торговаться? Ну и не надо, сам решай.
Брагинский постучал в дверь столь знакомого ему дома. Никто ему не ответил, хотя обычно Яо не заставлял гостя долго ждать. Сильно стукнув по несчастному дереву, Россия обнаружил, что дверь незаперта. От удара она отошла в сторону гостя, предлагая войти. Прямо в обуви Иван ступил в коридор, глядя на лежащие на полу вещи Китая. Видимо, он пришел недавно и очень спешил. В тот же миг Российская империя почувствовал "его". Запах лакрицы, запах морфия - запах опиума.
- Яо! Ты что творишь?! - крикнул Россия и, заглядывая в разные комнаты, начал искать своего друга. В итоге он нашел его в каком-то странном помещении без окон. Все оно было заполнено чертовым дымом, из-за чего у Ивана появилось желание вылететь из этой комнаты.
Посередине всего этого белого великолепия с блаженной улыбкой сидел Яо. Он смотрел куда-то сквозь стены, сквозь дом, сквозь этот мир - в глубину своего сознания, и совсем не замечал пришедшего гостя.
- Ах ты ж, фофан! - практически взорвался Брагинский, резко подходя к маленькому столику, на котором стояла лампада. С отвращением глянув на поднимающийся над углями дым, Россия хотел уже пнуть чертов источник наркотика, но его отвлек Яо, который-таки заметил гостя.

0

4

Белый дымок поднимался к потолку, расползаясь мягкими облаками во все стороны. Душное помещение вновь пропахло сладким запахом, уносящим сознание. Вокруг пестрели невиданные цветы, пели птицы, светило солнце. Спокойствие и мир, и никакого чертового Англии, который мог любого выбесить своим высокомерием и желанием получить побольше прибыли.
Китай знал, что пока он тут сидит, опустошаются его земли. Знал, но не мог даже встать, опутанный наркотиком, будто веревкой. Но если веревку можно разорвать, то такие путы слишком крепки.
Полупрозрачные призраки прошлого кружили вокруг. Это и маленький Япония - такой милый, но не по-детски серьезный для своих лет. Это и его император - серьезный, но все равно мудрый и справедливо правящий. Это и какие-то призраки зверей, которых видел Китай в своих путешествиях. А чего он только не видел, ведь объездил почти весь свет. Сейчас он уже никуда не выезжает - запрещают. Запрещает Англия, запрещает босс, запрещает наркотик.
Сквозь пелену видений послышался какой-то тихий шум. Какие-то удары, чей-то голос, немного знакомый. Китай мотнул головой, отбрасывая эти звуки и вдыхая полной грудью. Дым змеями вился вокруг него.
Но покою не было суждено продлится долго. Дверь открыли, притом весьма сильно. Поток свежего воздуха ударил в спину, заставив поморщится. Но голос, пробившийся сквозь пелену, точно сбил весь настрой.
Знакомый, чем-то ненавистный, чем-то любимый, голос заставил вздрогнуть. У него явно гости, притом гости весьма злые. А кто хочет испытывать на себе злость России?..
Яо открыл глаза, мотнув головой. Опиум одурял, менял зрение, заставляя видеть вместо настоящего что-то нереальное. Но громадным усилием воли Ван таки заметил рослую фигуру Брагинского, окутанного белым ядовитым дымом.
- Р-россия?.. Что ты тут делаешь, ару?..- тихим голосом, будто только проснулся, поинтересовался китаец. Но вскоре замутненный рассудок немного прояснился, а мысль, свежая и яркая, ударила прямо в мозг. Они же оба в центре опиумного облака. Ладно Китай, он уже весь насквозь пропитан этим сладким запахом, но Иван-то нет... А в сознании натерпевшегося Яо Россия все так же оставался маленьким милым мальчиком с добродушной улыбкой и глазами цвета драгоценных аметистов...
Забота и волнение за своих ближних и за друзей (пусть и весьма странных) взяла свое.  Яо вскочил, стараясь при этом не упасть. Слабость во всем теле не давала двигаться особенно быстро. Руки дрожали, как и голос. Но все-таки Ван смог сказать более или менее громко.
- Тебе сюда нельзя, дурак. Уходим, ару.- немного насуплено буркнул он, хватая высокого русского за руку и буквально выволакивая из заветной комнаты. Выведя его в коридор, Китая плотно закрыл двери. В коридоре белый дым оседал на вещи, но аромат выветрился. Перед глазами все еще немного плыло, но фигуру России он видел более или менее четко. Прислонившись к двери (чтобы не упасть, ибо ноги были ватными), он поднял измученный и затуманенный взор на давнего друга.
- Зачем ты пришел ко мне, ару?.. Мне больше нечем торговать, уходи...- голова болела от слишком резкого возвращения в реальность. Впрочем последнее время у Китая слишком часто болела голова, чтобы обращать на это внимание.
Выгонять только что пришедшего друга было невежливо, как минимум. Но если их обоих тут засечет Англия, то... А кто его знает что он сделает. Но точно лишит Вана завтрашней порции опиума. А сегодняшняя явно пропадает.

Отредактировано China (18 Янв 2014 17:09:07)

0

5

Чертыхнувшись, Брагинский позволил себя вывести в коридор. И с какого перепугу Китай решился на этот гребаный опиум? Проблемы? Да не было у него никаких проблем, пока Англия не решил отыграться на азиате! А за ним и вся Европа, которая наконец увидела случай поставить на колени главного торговца континента. Как же много нового можно узнать от разозленного Бонфуа, когда тот пьян.
- И ты еще спрашиваешь, зачем я сюда пришел? - с толикой удивления поинтересовался Россия, наклонившись к Яо. - Ну да, что мне делать в этой стране, когда у меня картофельные бунты расцветают? Наверное, я пришел рассказать тебе, как мне хорошо живется и как меня ненавидит Франциск, с которым я недавно встретился.
Иван всплеснул руками и отошел от Яо. Запах в комнате еще оставался, но Россия спокойно его переносил, так как часто бывал в лазаретах больницах, где использовался морфий. Разными способами, надо сказать, использовался. Для пациентов это было обезболивающее, а для врачей - возможность работать сутками без сна. Только после подобной кутерьмы человек оказывался в зависимости от морфия.
- А мне вот интересно, почему я узнаю от Франции, что ты торгуешь с Англией опиумом? Ладно, это я тебе не могу запретить, но зачем ты его еще и употребляешь?! - опять начал расходиться Иван. В этом чертовом доме ему стало ужасно жарко, и он расстегнул пуговицы на кителе.
- У тебя люди перестали работать, мрут как мухи! - указав рукой на дверь, заметил Иван, в то время как Китай, прислонившись к двери, пытался осознать, о чем говорит его друг. Кажется, слова Российской империи все же дошли до него. Только полностью ли?
- А ты вообще в курсе, что у тебя война с Англией идет? Так что же ты не раздавишь этого надоедливого овсянника?! - Брагинский вернулся к Яо, который даже с места не сдвинулся. У русского появилось желание взять азиата за грудки и встряхнуть хорошенько, но побоялся, что может только еще больше навредить Вану. А этого России не хотелось ни в коем случае.

Отредактировано Russia (20 Янв 2014 16:39:43)

0

6

Голова кружилась, как после хорошей пьянки. Ноги дрожали, но едва заметно. Хотелось вернуться в комнату и продолжить утопать в собственных видениях. Но еще больше хотелось спать. Нормально поспать - Яо и не помнил, когда последний раз он позволял себе такую роскошь. Опиум, работа, война, торговля - все это смешалось в единый клубок. И его уже не распутаешься, только разрубишь мечом пополам. Но руки, которые должны были поднять этот меч, лишь дрожат.
Слова Брагинского каленным железом отпечатывались в голове, гулом разносясь по ней. Китай поморщился и тряхнул головой, дабы вернуть себя в более или менее рабочее состояние. Конечно, Россия был прав, на все сто и двести и дальше процентов. Но теория и практика часто не совпадают.
- Я просто... Просто не хотел тебя беспокоить, ару. У тебя с сестрами полно проблем, а тут еще я... Я бы и сам справился, ару.- тихо ответил он, вытирая рукавом лицо. Он не хотел плакать, ведь воины не должны этого делать, но злые слезы сами собой скопились в уголках глаз. Впрочем, сейчас Яо был бы не против поплакать на чьем-нибудь плече, благо даже подходящая роль нашлась.
- Нет, я не покажу ему, что я сдался. У России и правда есть проблемы без меня, ару... Я сам справлюсь.- твердо он решил то, что повторял себе каждый день по сто раз. Он справится. Но не сейчас.
Китай вздохнул, скрещивая руки на груди и выпрямляясь, насколько позволяло ослабшее тело.
- Я знаю, что у меня война, Ваня. И знаю, что люди гибнут от... опиума, ару.- голос снова дрогнул, сколько Ван не старался придать ему твердости. Настоящий воин должен быть тверд.- И я стараюсь все прекратить, но... Я выгоню Англию. Сам. У тебя много проблем, хотя бы Франция...
- У которого я тоже числюсь в слугах, ару.- мысленно закончил Яо предложение, вздыхая. Это было так, хоть в основном у него ошивался англичанин, часто сюда приезжал Франция, а иногда заглядывал и Америка. Трое коршунов, налетевших внезапно с Запада, и растерзавших его. Это было так внезапно, что никто сначала и не понял, что происходит. А потом оказалось поздно - толпа наркоманов, старых и юных, девушек и парней, толпились около лавок англичан, желая получить хоть кроху белого порошка. И, что самое ужасное, Китай в принципе ничем от них не отличался. Он сам не знал, как подсел на наркотик, но знал, что теперь избавится от него будет ой как трудно.
- Прости, что не приезжал, ару...- еще тише, практически шепотом, глядя на носки собственных домашних туфель, извинился Китай. Было и правда стыдно, что он не приезжал. Ведь в сущности мог, если бы захотел. Вырвался бы из этой кутерьмы хоть на пару дней. Увидел бы и Россию, и двух его очаровательных (хоть и тоже немного странных) сестер. Но нет, он сидел тут, запертый среди белого опиумного облака, не желающий принимать чью-то помощь, но понимающий, что сам не справится.

Отредактировано China (18 Янв 2014 17:45:56)

0

7

"И он утешал меня во времена Смуты?" - удивился Россия. Прошло уже так много времени с тех пор, как все поменялось в жизни Ивана, чей мир стал во много раз больше. Если раньше он замыкался на семье и некоторых соседях, то теперь он нажил себе настоящих врагов. А друзья... Их было слишком мало, и были те, кто ими просто притворялся.
- Успокойся. Если ты считаешь, что сможешь справиться со своими проблемами, то не думай, что я не разберусь со своими, - уже на более позитивной ноте сообщил Брагинский, положив руки на пояс. "И проблемы у меня не только с сестрами, что б ты знал", - добавил уже про себя Российская империя, памятую о польском восстании и о Кавказе, который год не дающем Ивану нормально спать.
- Я знаю, как тебе сложно не находиться под зависимостью Европы, сам такой. Но колено перед ними преклонять не надо.  А сейчас ты именно это и делаешь. Мы же с тобой понимаем, что все эти напудренные старички переживают свой расцвет, но вскоре им придет конец, - Брагинский положил руку на голову друга, стараясь то ли подбодрить его, то ли утешить. Дурацкая привычка, от которей он не мог избавиться до сих пор. И не сможет в будущем. Даже пытаться не будет.
Россия вспомнил о том, как сильно удивился, когда встретил Яо после свержения Ига. Иван тогда уже успел позабыть о, удивительном чужеземце, живущем вместе с Монголией. И вот теперь Китай снова иминуется... Цинской империей.
- И когда ты успел стать таким маленьким? - отойдя от темы, поинтересовался Иван, убирая руку с жестких волос азиата. Но даже будучи низким и тихим, Китай должен быть могуч в душе. Россия был в этом уверен. На слабого никогда не нападают, он никому ненужен. А вот мощные державы всегда представляют собой лакомый кусочек. Поведение Англии - еще одно доказательство силы Яо. Вот только в этот раз азиат показал себя не с самой лучшей стороны.
"Он не слабохарактерный", - убеждал себя Иван, глядя на все еще рассеянные взгляды Вана по сторонам.

0

8

На губах у Китая заиграла неуверенная улыбка. Друзья поддерживали его, не смотря ни на что. А это было приятно и вселяло уверенность в собственные силы. Хоть они и переживали не самый лучший расклад.
- Не бойся. Срединную империю не покорит никто!- горделиво фыркнул он, едва ли не задирая нос. Все-таки единственное (почти единственное), чем он мог гордится - это память. Память о своем прошлом, память о тех временах, когда Европа считала Китай едва ли не самым сильным государством в мире. Когда его уважали, когда его товары любили и ценили. Но сейчас все по другому. Он стал отставать, оставаясь верным традициям и устоям, а бывшие коллеги стремительно бежали вперед. Но хоть Ван и оставался позади некоторых ведущих стран Европы, все равно он оставался сильным. По-своему, но сильным.
На макушку легла тяжелая ладонь, размером едва ли не с саму голову Яо. Не один он оставался верным старым привычкам и традициям. Но все-таки у России привычки были свои. Ван фыркнул, сдувая прядь волос с лица, которая выпала из обычной косички.
- Это не я маленький, это кое-кто вымахал до самого Кремля, ару. И куда ты только растешь, скоро не поместишься в мой дом.- улыбнулся Ван, по привычке отодвигая руку Ивана и поднимая взгляд на его лицо. Белая кожа, большие и несомненно красивые глаза, белые и мягкие волосы. Сейчас, чтобы потрепать Брагинского по волосам, Китаю придется либо попросить его наклонится, либо встать на табурет. Разница в росте между ними стремительно увеличивалась. Яо почти не рос, а вот рост русского явно превышал метр и восемьдесят сантиметров. Впрочем, точно тут не скажешь.
Но морально они были на равных. Китай, со своим опытом трехтысячелетней жизни, и Россия, с его опытом ведения войн и побед. Странная из них компашка получалась, конечно, но зато никогда не скучно.
- Пошли на кухню?.. Там, конечно, у меня не очень богато, но лучше, чем в коридоре стоять, ару... И почему ты опять не переобулся?! Я только вчера пол мыл!
Наркотик окончательно улетучился из головы Китая, а обычно задорное настроение вернулось. К тому же, было довольно забавно кричать на Брагинского снизу вверх. Но виноват на этот раз он, сколько раз Яо пытался приучить Ивана переобуваться, прежде чем заходить в дом китайца. Пытался научить снимать шарф, но эта идея быстро угасла. В крайнем случае, шарф особо не мешался.
Внимательно проследив взглядом, что светловолосый удалился исправлять ошибку, Китай вздохнул. Губы из улыбки вернулись в прежнее положение.
- Наверное, я вру ему, ару... Но он же такой ребенок, расстроится еще...- вздохнул Яо, поворачивая к кухне. Надо было выпить (желательно воды, но можно и чего покрепче если немного), дабы вернуться в прежнее русло и нормально пообщаться со старым другом, с которым он уже год как не виделся. Конечно, когда тебе три тысячи лет год кажется мелочью. Но год "рабства" плелся весьма медленно. И порой Яо не хватало этого добродушного парня со своими тараканами в голове и вечной улыбкой на лице. И китаец тешил себя надеждой, что Иван тоже его не забывал.

Отредактировано China (18 Янв 2014 20:57:38)

0

9

Впервые за день Россия засмеялся. Он весь день дарил свою улыбку каждому встречному, но мало кто знал о ее значении. Слух, который расползался по Европе, гласил, что русские улыбаются редко, лишь в крайнем случае, когда действительно испытывают счастья. Но слышали ли они когда-нибудь русский смех и брань?Тогда бы они поняли, что есть что. Вот и сегодня Иван с улыбкой на лице желал повторно размазать Франциска по стенке. Не размазал. Все-таки у европейцев есть чему поучиться. Улыбаться, когда требуется, например.
- Сейчас сниму обувь, ты только не убей, ладно? - Иван побрел к двери, где и оставил сапоги. По дороге он подобрал верхнюю одежду Яо, посмотрел на нее. Совсем не по погоде, поношенная. Куда делись те одеяния, которым так сильно завидовал Брагинский, будучи маленьким ребенком? Она была красива, ее носили его братья, когда Россия носил простонародную рубаху и порты.
Как можно аккуратнее положив одежду в одной из комнат, мужчина поел на кухню. Проходя мимо шкафа или того, что его напоминало, Иван не погрешил заглянуть в него. Увиденное его не обрадовало. Обычно в нем лежали подарки, привезенные Брагинским, - меха. Были не то чтобы не все, а только те, что Иван привез с прошлой поставкой два года назад. Их было сложно не узнать, так как они были ни разу не ношенные. Плюнув на данный факт, русский закрыл дверцы.
Дойдя до кухни, Российская империя облокотился о стенку, стараясь не привлекать к себе внимания. Себя он явно переоценивал, и тут же был обнаружен. Пришлось как-то заполнить тишину.
- Яо, я тебе верю. Я много раз видел, как привыкшее к морфию бросали свои привычки... С опиумом все сложнее, конечно... Но ты ведь сможешь справится, - с трудом закончил фразу русский и улыбнулся. Не как европеец, а как человек, чья душа границ не знает. И понятие "часть света" для него не существует. Европа, Америка, Азия... Можно просто и скромно - "Российская империя". А в быту Ванечкой. Но только не так, как это обычно произносил Франциск со спецификой своей речи. Брагинскому ужасно по ушам резало. А в то же время все дворянство продолжало говорить на французском, но, слава Богу, галломания начала исчезать после "зашедшего на чай" Наполеона.
- А можно мне чаю? - поинтересовался Брагинский, все так же стоя возле выхода.

Отредактировано Russia (20 Янв 2014 16:44:06)

0

10

Кухня тоже обеднела. Краски будто выцвели, пропали. Все стало блеклым. Фарфор, такой дорогой и прекрасным, за которым в очередь выстраивались европейцы, тоже пропал. Все вывезли.
- Эти два самовлюбленных идиота, о, как же я вас ненавижу, несравнимые Англия и Франция, так бы и задушил, ару...- Яо поймал себя на том, что ногти впиваются в ладонь - до того сильно сжал он кулаки. А еще на том,что улыбается. Пришлось мигом одевать на себя спокойное выражение лица, ибо улыбаться, думая об убийстве - черта России. И со стороны это действительно выглядит пугающе.
Шаги, мягкие и широкие, несомненно принадлежавшие Ивану, остановились. Значит, пришел, и все-таки переобулся. Китай повел плечом, как бы отмечая, что заметил русского. И все-таки на миг на его губах появилась улыбка. Приятно осознавать, что можешь заставить империю, свалившую Наполеона, переобуться в мягкие туфли. Самооценку повышает.
Но те три минуты, что Яо простоял на кухне были пустыми. Он не знал, что предложить гостю, ведь сам не ел с утра. С продуктами было плохо.
- Смогу, конечно, ару...- ответил Ван, даже не задумываясь. На лбу его пролегла морщина - Китай вспоминал, что дома есть съедобного. К сожалению, еда из ниоткуда у него пока не появлялась, хотя Брагинский иногда шутя называл это "проделками домовых". Но домовые, если и были, то смылись давно.
Предложение России, а точнее мягкая просьба, заставили Китая крупно вздрогнуть. Иван, каким-то невероятно-случайным способом, смог подцепить из кучи вещей главную проблему.
- П-прости, у меня нет чая сегодня, ару...- как-то сбивчиво пролепетал он в ответ. Уши и щеки китайца покраснели - ему было жутко стыдно. Отсутствие чая в доме Яо было сродни отсутствию шарфа на шее Ивана - незыблемой катастрофе. Но эта была чистая правда. Весь чай, буквально до грамма, вывозили англичане на своих быстрых кораблях. А если люди и пытались что-то сделать, то им либо отсыпали взятку, либо "меняли" чай на опиум. И от этого стыд только больше распирал Вана изнутри.
Почему-то поднять голову было трудно. Но, нервно покусывая нижнюю губу и то и дело отводя взгляд на стены кухни, Китай заставил себя поднять голову и таки посмотреть на лицо друга.
- Как же стыдно, как же стыдно, ару...- крутилась в голове одна и та же мысль, даже выгоняя легкую наркотическую ломку. Румянец вроде бы исчезал, но Яо был готов в любой момент вновь покраснеть.

Отредактировано China (18 Янв 2014 22:33:08)

0

11

Иван удивленно уставился на Яо. Вот это он сейчас удивил своего русского друга. Чаю у него нет. А у Брагинского круглый год лето, во всех часовых поясах.  А как же тот чай, что пришел в этом году? Да почти все китайские импортные товары в империи это чай. Это растение уже давно хорошо устроилось на прилавках российских ярмарок. Примерно то же самое сейчас творилось картошкой, только принудительно. Совсем чуть-чуть. А бунты это так, временная мера. Именно так врал себе обычно Россия, но сейчас дело этого не касалось.
"Вот только не говори мне, что ты с трудом и мне-то чай отправил", - подумал про себя ошарашенный Брагинский, замечая, как краснеет Яо. Медленно, но верно взгляд России станвился суровым и холодным. И как только температура в комнате не упала до нуля? Наверное, все дело в весне.
- Яо, - растягивая гласные, которые являлись единственным составляющим имени китайка, начал фразу мужчина, сложив руки на груди. - У меня в глубине души возник вопрос.
Русский подошел к Вану, наклонился и положил обе руки ему на плечи, заставив того вздрогнуть. Своими фиолетовыми глазами он буравил азиата, который в обычные дни был спокоен и казался почти мертвым. А теперь у него на лице с невероятной скоростью проносились разные эмоции, которые прежде видели лишь посвященные.
- Хотя ответ на него я знаю. Дело немного в другом. Глядя мне в глаза, ответь, ты сможешь справится с Англией? Ты избавишься от зависимости? - Иван сильнее сжал плечи Яо.
- И  тебе точно не нужна моя помощь? - закончил говорить Россия, все так же разглядывая Китай. В его глазах все еще бродили остатки опиума, наркотик быстро не покидает тела человека. Даже если это нация. И еще Брагинский увидел стыд, который испытывал азиат. Как будто Яо не оправдал чьих-то ожиданий. "Неужели моих?" - удивился Иван, и опять он слишком много о себе думал.

0

12

Одно из главных достижений дружбы - со временем понимать другого человека с одного лишь слова или взгляда. Будто чувствовать его, как будто вы единое целое.
Китай, хорошо разбирающийся в психике и поведении людей и таких же стран, как и он, ценил дружбу. Именно дружбу, а не союз. Союз можно расторгнуть, предать, можно заключить его с кем-то другим, втайне ото всех. Дружбу предать очень трудно, а склеить обратно практически не возможно. Дружба с Россией стоила многого. Но и давала многое. В частности, Яо почти что каждый день раньше узнавал нечто новое о своем друге. Душа у него и правда была необъятная, как его земли. И никогда точно не поймешь, что Брагинский сотворит в следующий момент.
Но сейчас его поведение было весьма предсказуемым. Яо буквально всей кожей чувствовал, как остужается атмосфера вокруг Брагинского. Казалось, что температура в комнате упала на два-три градуса, по крайней мере, Китая пронзила мелкая дрожь. И он снова уткнулся взглядом в пол, как будто ничего интереснее мир пока не придумал.
- Этот проклятый Англия, ару, все беды из-за него... Вот он будет рад, если я поссорюсь с Россией...- мелькали мысли в голове, будто перепуганные зайцы. И за мыслями он практически не заметил, как к нему плотную подошел Иван, положив руки на плечи. От неожиданности и тяжести Ван вздрогнул. Ладони буквально прижимали к земле.
Удивление, стыд, легкий страх, ощущение вины - все эмоции проносились в голове, отображаясь в глазах и на лице Яо. Спрятать их под обычно каменной маской никак не получалось. Маска треснула, являя душу Китая.
Иван легко, как ему казалось, сжал плечи худого и тонкого китайца. Было чуть больно, но боль хоть как-то отрезвляла. Надо было собраться с мыслями и ответить. Однако сложность состояла в том, что Ван отнюдь не был уверен в своем ответе, а это будет прекрасно видно.
Темные, будто два уголька, глаза встретились с аметистовыми, чуть потемневшими от холода и суровости в них. А может, это казалось из-за освещения. Китай тихо выдохнул, не отводя взгляда от глаз друга.
- Я...- голос предательски дрогнул, а Яо мысленно выругался. Они стоят так близко друг к другу, что эмоции тут не спрячешь - все будет видно как на ладони. Единственный плюс был в том, что и эмоции России он мог увидеть.
- Неужели он... Волнуется?.. За меня?.. Это же так глупо, ару! Он же не дурак, чтобы волноваться за чужие проблемы...- хотя ответ Ван знал. Россия, конечно, не дурак (что, может, и оспоримый факт), но он волнуется за других. И в этом была его странная непохожесть на остальных. Которую Яо никогда не понимал.
- Я смогу победить Англию, ару. Без твоей помощи... Ваня.- придавая голосу хоть какой-то твердости, ответил Китай, глядя в глаза другу.- И избавлюсь от зависимости. Один.- наверное, он все-таки врал. Но гордость не позволяла принять помощь, а странная и скрытая ото всех отеческая забота о Брагинском запрещала принимать именно его помощь. Он только не давно победил Францию, а теперь у него снова какие-то проблемы. Не хватало ему теперь устроить войну с Англией (при содействии Франциска). Это дело Китая.
- Это всего лишь вопрос времени.- додумал он свой ответ, все так же не отводя взгляда от России и сжимая кулаки. Было трудно, но когда воевать было легко?..

0

13

Глаза Иван сузились, словно пытаясь понять, что твориться в душе у друга, но вместо глаз, кои являются зеркалом души, он обнаружил перед собой темную макушку. Брагинский отпустил азиата и сделал несколько шагов назад, чтобы посмотреть на него со стороны. "Что же мне это напоминает?" - призадумался русский, пытаясь вспомнить прошлое. Ну да, в память врезалось воспоминание, как он пинками выгонял Феликса из Кремля, крича, что со своим народом он справится сам, и цари ему из других стран не нужны, даже если это будет брат по крови. "Я что, со стороны выгляжу, как он?" - опять-таки удивился Брагинский. Сегодня у него прямо день открытий. Раскрой русскую душу, называется. Жаль, Иван тогда еще не знал, как напишет в будущем Булгаков о подобном. "Дикость монгольская, подлость византийская, только что штаны европейские... ".
- Я видел, как врачи отвыкаю от морфия. Ты не слабее их. С Артуром я поговорю, в последнее время я его часто вижу, чертова англомания, - последнее он пробурчал себе под нос. На смену французским романам в его стране пришли английские газоны. Они были ужасны, как думал Брагинский. Казалось, трава строем ходит, все равны, как на подбор. Лучше уж смотреть на заросшие заброшенные поля, чем на эти "убранные" по моде усадьбы. Благо, хоть в одежде дамы и господа придерживались "патриотического" стиля, хотя и здесь проскакивало что-то Альбионское.
- И, раз уж я сегодня пошел у тебя на поводу и разулся, ты должен вспомнить о моих традициях. То бишь, в ближайшее время нанести мне ответный визит, - с улыбкой, подняв палец, сказал Иван. По этим традициям русский должен был еще и уйти, не прощаясь, но это бы снова напомнило об Артуре, чье присутствие ощущалось во время всего разговора. Брагинский оглянулся. Вдруг здесь где-то волшебные символы нарисованы или кельтские кресты. А может какой-нибудь мятный невидимый кролик летает?От этого средневекового мага можно было ожидать чего угодно. Он мог пойти против всех законов, кроме коммерческих. Хорошие торговцы не лгут, они ищут лазейки и пишут маленьким почерком в конце договора.

0

14

Иван отпустил его плечи, уже порядком продрогшие от холода, буквально идущего от рук русского. Китай тихо выдохнул, немного расслабляясь. А гость отступил назад, будто желая получше разглядеть миниатюрную Цинскую империю.
- Будто на торгах... Вот только меня уже купили, ару. Черт, из двух вариантов, я бы лучше выбрал Россию, ару... Или вообще никого.- Яо снова напрягся. В воздухе все равно чувствовалось странное недоверие вкупе с холодом.
Предложение Ивана вызвало двоякие эмоции. С одной стороны, как говорится, авось и поможет. Но с другой - мало в это верилось...
- Нет, не надо, ару.- пожалуй, слишком быстро отозвался он, стараясь улыбнуться. Выходило немного криво,- У тебя с Францией куча проблем, ару, зачем тебе еще и с этим чаефилом связываться... Не стоит, я сам с ним поговорю.- максимально беззаботно отозвался он. Но зато сказал чистую правду - конфликт России и Англии если и отвлечет Артура от бедного Яо, то слишком уж большой ценой. Совесть у Китая всегда была на месте, весьма гипертрофированная.
Шутливое предложение России заставило Яо улыбнуться. По-настоящему, буквально сияя изнутри, хоть и тусклым, подернутым дымкой светом. Ходить друг к другу в гости - буквально-таки любимое развлечение России и его народа. Китай же не очень любил напрашиваться, но зато всегда с радостью принимал гостей, жданных и не очень. Поэтому он кивнул, мысленно пытаясь найти свободный день, дабы таки выбраться к северному соседу. Расписание было плотным, даже слишком, ведь даже выходные у него были заняты работой. Только на этот раз работой в своем доме - в будни он трудился на Англию.
- Похоже, это будет нескоро...- с грустью вывел итог Китай. А ведь в гости хотелось, в сугубо мужскую компанию. Напиться в хлам и позабыть хоть на день обо всем. То бишь "хорошо посидеть", как говорил Иван.
Китай поднял глаза на друга, обняв самого себя за плечи. Так было как-то... безопаснее. Нет, боялся он не Брагинского. Побаивался Англию. Тот, будто вездесущий дух, узнавал обо всем, о всех разговорах Яо и о том, куда и кому он продавал свои товары. Магия ли, шпионы или предатели - не поймешь, пока сам не увидишь. Но ощущение, что бровастый блондин следит за ним, никак не уходило.
- Надеюсь, скоро я смогу к тебе выбраться.- улыбнулся Ван, подходя чуть ближе и снова глядя на Ивана снизу вверх,- Только перестань так быстро расти, а то я тебя не узнаю.- фыркнул он. И, встав на цыпочки, кое-как он таки дотянулся до макушки Брагинского, встрепав светлые и мягкие волосы. И улыбнулся, снова искренне. Ведь для искренности улыбок и нужны друзья.

0

15

Брагинский с сомнением посмотрел на выражение лица Яо. Не слишком ли он себя сильно накручивает?  Улыбка у Китая была какая-то слишком вымученная. Он ее словно выдавливал. "Скорее всего, так и есть. Но мне бы самому не понравилось, что мне указывают на подобное и лезут в душу. Наверное, не мое это дело. Здесь битва совсем другая", - подумал про себя Иван, на какое-то время отключившись от внешнего мира. Для него принять подобное решение было очень сложно, потому что он всегда ощущал себя ответственным за своих родных и друзей. Если уж вы стали близким знакомым Брагинского, то вы теперь стали частью его жизни. А свою жизнь он всегда хочет улучшить. И вашу в том числе. Долг или просто слишком сильное чувство справедливости - скорее ни то ни то. Просто он такой уродился. Не зря же зовут его "Матушкой", хотя он внешне под это слово не подходит ни каким боком.
Когда он вернулся из своих мыслей, то обнаружил,  что Ван гладит его по голове, как в старые добрые времена, когда Иван был еще Ваней и мечтал лишь о том, чтобы лежать в поле и ничего не делать. Только грызть какую-нибудь травинку да смотреть в бескрайнее синее небо, где медленно плывут облака. "Черт вас возьми, степи, как вы хороши!" - писал Гоголь в недалеком по меркам стран 1835 году. Иван был с ним согласен.
- Узнавай меня как-нибудь по-другому, - засмеялся Брагинский. - У тебя такие странные просьбы. Я там понимаю, помощь какая, а ты просишь меня не расти. В этом, видимо, твоя особенность на фоне остальных, - Россия снял со своей головы руку Китая и крепко ее пожал. "От потрясенного Кремля до стен недвижного Китая... Действительно, Яо всегда таким был", - промелькнула в голове Брагинского строчка из "Клеветников...". Не к месту она совсем была, но ведь азиат и вправду был таким вечным, постоянным и в то же время необычным. К такому, даже если он живет под боком, не привыкнешь. Иван был таким же, но немного в другом смысле. Он может придумать что-то новое, удивить своей нерациональностью, а вот Яо достаточно лишь чуть-чуть приоткрыть завесу своих тайн, загадок. Их было слишком много, и, кажется, их все не знал даже сам хранитель.
- Ну, чувствую мне пора и честь знать. Чаем меня, конечно, не почивали, но зато увиделись. До двери не проводишь? - в конце спросил русский, отпустив руку азиата.

0

16

Тонкую, но в то же время и сильную руку Яо с головы Брагинского вежливо сняли и пожали. Легкое ощущение, что руку зажали тиски, вскоре улетучилось, как только его отпустили. Китай вновь улыбнулся, хоть и немного грустно.
- А что мне еще у него просить, ару?.. Его владения растут, того и гляди будем цапаться за земли, ару... Интересно, а какого это - воевать с ним? Наверное, очень больно...- тихо вздохнул Китай, глядя на высокого друга. Как долгожитель он был склонен думать о будущем в реальном, плохом ключе. Прошлое было теплым и хорошим, а вот будущее вряд ли будет такое. Войны, оружие, дележ территорий. Друзья становятся врагами, враги заключают союзы, новые государства стремятся показать себя всему свету. Ничего хорошего.
Яо вновь вздохнул и поправил домашнюю одежду, лишь бы не смотреть на Ивана. Одежда у него была уже старая, шелк местами затерся, местами были заплаты. Где теперь та роскошь, которая была совсем недавно?.. Нигде. А точнее, в Европе, у самых богатых дам и мужей. А Китай призван ходить в старом. Ирония так и бьет ключом.
- Конечно, провожу. Кто тебя знает, заблудишься еще, ару...- последнее он пробурчал себе под нос, подталкивая Россию в спину к выходу.
Дверь так и осталась незапертой, хотя раньше Яо запирался на семь замков. Но пришел Англия, а вместе с ним и пора перемен, ведь половину замков буквально выдрали из косяка двери. Вздохнув, Китай кивнул на открытую дверь.
- Жду в любой день, ару. А что мне еще остается?..- опять же тихо пробурчал он, обращаясь больше к невидимому Англии, нежели к вполне осязаемому России,- Удачи, Ваня.

0

17

Иван, подталкиваемый другом, прошелся по коридору, вновь бросив косой взгляд на шкаф. Уж очень мужчину волновало отсутствие его подарков. Но ведь Яо обещал завязать с опиумом и как можно скорее расправится с Англией, а Россия не собирался его подозревать, хотя где-то в глубине души он чувствовал тревогу. "Он силен, он все сможет", - говорил сам себе Брагинский, то ли обманывая себя, то ли даря надежду. Ведь в надежде и есть вся сила. Жить и мечтать о лучшем будущем, верить в него, "надеться".
- Буду так же ждать твоего визита, - Россия улыбнулся, замерев в неуклюжей позе: стоя на одной ноге, он на вторую натягивал  сапог. А возле двери и сесть-то негде было. Именно поэтому Иван не любил разуваться в гостях у Яо. Но этого требовал хозяин дома, а значит выполнение было обязательным. Но в привычку оно не входило.
Застегнув китель и натянув на голову фуражку, Иван в шутку отдал честь. Светлые волосы как обычно выбились из-под головного убора. Образцового обер-офицера из него никогда не получится. И эту истину Брагинский уяснил уже давно, да только одежда такого рода была несколько удобней генеральской да и незаметней. Тем более у Россия, как бы это глупо не звучало, и чина-то не было. Так что, выбор у Брагинского был. И как же было забавно смотреть на лица людей, когда в обществе императора прогуливался какой-то поручик.
- Надеюсь, в скором будущем увидимся! Честь имею! - с улыбкой слегка поклонился Иван и снова взглянул на Яо. Как же хотелось самому остаться и проследить за борьбой Вана с опиумом и Артуром. Чтобы все вышло, как следует, правильно. Но Российская империя понимал, что нельзя. Иначе его другу станет только хуже.
Развернувшись, Иван открыл дверь и вышил на улицу, где все еще бродили по небу тучи. "А в Петербурге сейчас солнечно", - заметил Брагинский и шагнул на дорогу. Мимо тут же кто-то пронесся. Несмотря на трудности, Пекин продолжал жить. Не так активно, с запахом морфия, но жил.

0

18

Коридор тоже был пустоват. Кое-как эту пустоту заполнял шкаф, где лежала та одежда, что не могла понадобится в ближайшем времени. Зонтики там, теплые пальто. А так же там была куча, просто кипа мехов. Мехи были красивые, мягкие, такие пушистые, одним словом, няшные, но... Абсолютно не нужные. Зима в Пекине, конечно, была, но максимум её температуры заставлял кутаться в шарф и пониже одевать шапку. Вот и все. Это вам не зима в Санкт-Петербурге, или, что еще хуже, где-нибудь в Сибири. Поэтому Яо одевал подарки от друг лишь в одном случае - когда ехал к нему в гости зимой или же ранней весной. Тем более Ван в шубе, толще его самого, выглядел донельзя забавным воробышком с красным от мороза носом и узкими, смешливыми глазами.
Но подарки были дорогие, насколько понимал Китай. Поэтому он, скрепя сердце и кое-как себя утешая, что они ему не нужны, убрал половину в самые дальние шкафы. Другую половину он либо продал, либо раздарил, либо вообще потерял где-то. Конечно, это было крайне невежливо, но все-таки лучше, чем просто пылится в шкафу. К тому же, Англия наверняка бы заграбастал себе и эти вещи.
Длинные сапоги России покорно лежал в коридоре. Китай оглянулся в поисках своей одежды, что он наспех скинул тут. Но не нашел взглядом ни на полу, ни на вешалке.
- Наверное, он её убрал, ару...- мелькнула какая-то будничная мысль. Иван смешно пытался одеть собственную обувь, при этом не потеряв равновесие, но и не снести в процессе обувания что-нибудь. То же зеркало, или вешалку. Или дверь, с него станется. Яо тихо хихикнул, прикрывая рот рукавом. Русский выглядел забавно, может, поэтому Китай и заставлял его переобуваться.
Одевшись и надев фуражку, из-под которой торчали белые волосы, Иван снова обернулся. В военной форме он выглядел как-то... Страшнее. Выше. Даже как-то холоднее. Однако, зная, что где-то там внутри этого снежного покрывала таится горячее и отважное сердце, можно было нормально относится к такому "преображению". В сравнение Китай вспомнил себя в военной форме. Да, так он выглядел представительнее. Но форма была обтягивающей, являя миру тонкий, почти что девчачий стан китайца, хрупкие запястья и длинные ноги. Хоть моделью иди, если пунцовеющее от стыда лицо позволит. К тому же, форма обязывала особо длинные волосы убирать в тугой пучок на затылке, не оставляя даже челку, а так Яо выглядел еще глупее. Поэтому он предпочитал просторные одежды с длинными рукавами и бесформенным облачение.
Китай шутливо козырнул в ответ на легкий поклон Ивана. Любит Россия подурачится, тут уж его не исправишь. Сущий ребенок. Ребенок с оружием в руках, но ведь от этого ему, наверное, только забавнее жить. К сожалению, а может и к счастью, Китай давно перестал быть ребенком. Если вообще им был когда-то в душе.
Брагинский ушел. В доме стало пусто и тихо. Китай вздохнул и медленно прогнулся назад, потягиваясь. Спина снова заболела. Закрыв дверь за гостем и машинально повернув ключ, Яо оглянулся на коридор. Он уходил дальше, к комнатам, туда, где в маленькой комнатке уже ждал его белый дым опиума. У Вана засосало под ложечкой, как всегда бывало тогда, если он долго не дышал опиумом. Ведь он старался, боролся, днями не курил. Но срывался потом и снова уносился в мир фантазий.
- Но я же обещал ему, ару...- пришла в голову трезвая мысль, а Китай поймал себя на том, что уже сделал пару шагов вперед по коридору. Помотав головой, он сжал кулак. Он должен бороться. Пусть даже проиграв себе самому и Англии, должен потому, что обещал другу. Обещал себе, обещал людям. Нельзя же все время обещать, но ничего не делать.
Война продолжалась еще год. То кончалась, то вновь начиналась, пропитанная горьким запахом пороха и сладким - опиума. Китай сражался,заведомо понимая, что проиграл. Он видел, как сдаются города, иногда сдаются без единого выстрела. Война надоела всем, как надоели и наркотики. Яо кое-как, ценой многих бессонных ночей и наверняка сорванных нервов, смог бросить опиум. Он-то смог, а вот другие не могли. Англия и Франция победили.
Война стала толчком к ослаблению некогда могучей империи. Первый удар казался незначительным для кого-то, но по мнению Яо был самым страшным. Англичанин потребовал передать под его покровительство Гонконг - одного из младших братьев Вана. Сколько Китай не пытался его вразумить, но Гонконг ушел из его семьи под крылышко Великобритании.
Следующим ударом стал кризис. Огромная сумма денег (21 миллион долларов!), выплаченная Англии, пошатнула всю экономику. Продукты стали дорогими, подорожало все, даже рис и чай. Империя пошатнулась, начали вспыхивать войны внутри государства, еще больше ослабляющие Китай. Умирали люди, унесенные из жизни белым дымком опиума. Умирали дети, тоже пристрастившиеся к опасному наркотику. Если у Яо возникало желание снова попробовать, то глядя на улицы Пекина быстро пропадало. Люди умирали, работать было некому.
А Китай все-таки выбрался к Брагинскому. Хоть это и было через десяток лет после окончания войны, пусть визит был краткосрочный, но все-таки выбрался. Вот только на этот раз отказаться от помощи России не смог, как бы не мучила совесть. Смерть своих людей и медленная смерть себя самого мучила сильнее.
- Когда-нибудь, я одолею этого чертового Англию, ару...- все продолжал думать Китай, наблюдая за тем, как медленно погибает империя, некогда бывшая самой сильной в мире.

0


Вы здесь » Hetalia: Through the Eternity » Дела давно минувших дней » Белый дым кружится над головой...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC